она предрекает, гибель...
Не договорил он — сверкнул стальным отблеском меч Эр Чадака: не пожалел Эр Чадак своего друга, тридцать лет стремя в стремя ходившего с ним в походы.
Огон вырвался у юного коновода Дзебэ.
— О, нет, нет, нет...— только и прошептал он. И опять блеснул меч Эр Чадака...
Над южной стороной Алтая парит, трепещет, отсвечивая багровым, ущербная луна, похожая на окровавленный кривой меч. Знаменитый батыр Эр Чадак стоит перед головой великого кама Кара Кыната, умоляет его, упрашивает.
— Хватит тебе преследовать меня, хватит! — говорит Эр Чадак.— Ну сколько можно? Богатство твое я возвратил сразу. Чего еще ты требуешь? Все у меня возьми, все!
Раскрываются губы у кама, и Эр Чадак торопится сказать.
— Да теперь и брать-то у меня нечего,— говорит он,— Половину своего войска потерял я вчера, когда попал в засаду, лежат мои лучшие всадники под обвалом, обрушенным вашими воинами! Оставшиеся в живых испугались и убежали, не слушая меня. Все ты взял у меня, все!
Раскрывает