степях просторных, как само небо, за рекой Ерчиш, той самой, которую назовут Иртышом. Горе случилось там: вся земля покрылась льдом толщиной с вершок, скот погибал от бескормицы, народ от голода. Три дня обходил Кара Кынат всех богов на небе и добился, чтобы лед растопили да чтоб земля приняла, впитала в себя воды. Вернулсй он из степей с богатством на шести верблюдах... И в Самарканд его вызывали, за песчаные сугробы — барханы, и у монголов он был, живущих среди холмов, одинаковых, как верблюжьи горбы, и у баятов, забравшихся за непроходимую стену — тайгу, в болота темные, будто обкуренная трубка внутри; и дочери китайского богдыхана Лу Лин он помог, удивившей его младенческими, в колодочках, ножками, и народам, поселившимся на берегах великой реки Эне-Сай, которую будут потом называть Енисеем, тоже помогал кам, смягчая свирепость волн...
Все гремит, грохочет, все звенит, трещит, все кру« жится и кружится.
Звезды разошлись с неба — Кара Кынат все еще увивается у ног Эрлик Бия; рассвело